Неприкосновенность жилища может быть нарушена кем

Неприкосновенность жилища

Содержание статьи

Если у вас есть жилье (неважно, ваше собственное или муниципальное), вы имеете полное право не пускать в него посторонних лиц, так как обладаете правом на неприкосновенность своего жилища. Все исключения из этого правила описаны в законе.

Желание войти в вашу квартиру, комнату или дом может возникнуть у лиц, общение с которыми вам совершенно не нужно. Случаи, в которых вы обязаны открыть дверь и впустить незнакомых вам людей, четко определены законом. Сюда отнесены

  • необходимость спасения граждан или их имущества. Если начался пожар, пожарники не должны спрашивать у вас разрешения на то, чтобы войти и сделать свою работу;
  • пресечение преступления или задержание лица, подозреваемого в его совершении;
  • установление обстоятельств преступления или несчастного случая.

Только эти обстоятельства позволяют ограничивать одно из основных нематериальных прав человека.

Важно! Если вы сами разбираете свой случай, связанный с нерикосновенностью жилища, то вам следует помнить, что:

  • Каждый случай уникален и индивидуален.
  • Понимание основ закона полезно, но не гарантирует достижения результата.
  • Возможность положительного исхода зависит от множества факторов.

Закон о неприкосновенности жилища

Принцип неприкосновенности жилища закреплен в ст.25 Конституции РФ и ст.3 ЖК РФ. В ст.150 ГК РФ определено, что неприкосновенность жилища – это нематериальное благо каждого гражданина, которое защищается законом.

Если полицейские требуют открыть дверь, у них должно быть решение суда на то, чтобы войти в вашу квартиру без вашего разрешения. В особых обстоятельствах достаточно постановления следователя или дознавателя. Но если через 24 часа после начала следственного действия о нем не были уведомлены судья и прокурор, полученные доказательства считаются недопустимыми и не могут быть использованы в суде!

Право на неприкосновенность жилища

О том, что можно не впускать посторонних лиц, особенно нужно помнить тем, у кого сделана самовольная перепланировка, не оформленная надлежащим образом. Узнать и доложить о ней смогут не только недовольные соседи, но и электрик или сантехник, которые приходили по вашему вызову. Но вы не обязаны демонстрировать ее должностным лицам, которые пришли с проверкой. Право на неприкосновенность жилища позволит вам начать сбор необходимых документов и избежать решения суда о приведении перепланированного помещения в первоначальное состояние!

С другой стороны, учтите, что жилищем не считаются хоз.постройки, гаражи и погреба, а также купе поезда и каюта теплохода. На эти помещения защита неприкосновенности жилища не распространяется.

Нарушение неприкосновенности жилища

В ст.139 УК РФ рассмотрено наказание за незаконное проникновение в жилище, к которому приравнивается несогласие проживающих в помещении граждан. О штрафе, который может составить от 40 до 300 тыс.рублей, знают все проверяющие, не обладающие достаточными полномочиями. Есть и иные санкции: обязательные или исправительные работы и даже арест.

Нарушением неприкосновенности жилища может стать не только проникновение в него, но и размещение в нем аудиовизуальной техники, а также незаконное выселение проживающих в нем граждан.

Важно! Наказание неизбежно. Но учтите, что право на неприкосновенность жилища есть только у тех граждан, которые находятся в нем на законных основаниях. Те, кто самовольно занял освободившуюся чужую комнату в коммуналке или квартиру в новостройке без оформления необходимых документов, таким правом не обладают!

В каждом конкретном случае юристы могут подсказать вам, как лучше воспользоваться правом неприкосновенности жилища, если это необходимо.

ВНИМАНИЕ! В связи с последними изменениями в законодательстве, информация в статье могла устареть! Наш юрист бесплатно Вас проконсультирует — напишите в форме ниже.

Статья 25 Конституции РФ

Жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения.

Комментарий к Статье 25 Конституции РФ

1. Право на неприкосновенность жилища относится к личным правам и свободам, призванным обеспечить охрану жизни, свободы, достоинства человека как личности и других прав, связанных с его частной жизнью. Оно обеспечивается тем, что никто не имеет права без законного основания войти в жилище, а также оставаться в нем против воли проживающих в нем лиц*(252).

«Под неприкосновенностью жилища, — пишет П.Ю. Тюрин, — необходимо понимать особое состояние личного, индивидуального и недоступного посторонним места, призванного обеспечить, охранять и гарантировать комфортное проживание, протекание естественно-необходимых процессов, целостность и сохранность информации о частной, интимной стороне жизни лица, его личные и семейные тайны на данной закрытой территории (жилище), а также гарантию от нежелательного их (тайн) поиска и распространения различными незаконными способами и приемами как со стороны любых физических лиц, так и государства, его органов и институтов.

Конституционное право на неприкосновенность жилища — это установленные в Конституции РФ и нормах международного права социальные правомочия человека и гражданина по обеспечению безопасного и комфортного проживания, предусматривающие свободное волеизъявление лица при принятии решения о допуске посторонних в свое жилище (пространственно ограниченное помещение)»*(253). Объем нормативного содержания данного права, от которого в свою очередь зависит его социальная ценность, предопределяется тем, насколько широко истолковываются ключевые для нормы конституционно-правовые понятия «никто» и «жилище».

Обычно комментируемую норму рассматривают как регулирующую отношения между должностными лицами государственных органов и гражданами в целях обеспечения свободы от незаконных обысков. Конкретные гарантии вытекающей из этого сегмента конституционной нормы ст. 25 права граждан содержатся в УПК, Законе о милиции, Законе об ОРД и других нормативных правовых актах. Однако главное социальное благо, которое охраняется с помощью положений ст. 25, — это обособление гражданина, его уединение, выражаемое в связи понятий «жилище» и «проживание». Жилище приобретает особый статус неприкосновенности только в случае проживания в нем гражданина. Наиболее распространенной трактовкой того, что из себя представляет проживание, является то, что это место для сна и отдыха, в связи с чем одним из признаков жилища оказывается наличие в жилище кровати. Однако возможна и иная интерпретация понятия «проживание» — как охватывающего всю жизнедеятельность человека — и сон, и отдых, и приготовление пищи, и труд. Но поскольку в качестве охраняемого социального блага при такой трактовке выступает состояние уединения человека, то в таком случае конституционная норма обязывает не только должностных лиц государства, но и частных лиц воздерживаться от нарушения неприкосновенности жилища. Соответственно, одно частное лицо может обжаловать в суде нарушение своего конституционного права на неприкосновенность жилища действиями другого частного лица. В таком случае основное право ст. 25 опосредует взаимоотношения между частными лицами, создавая прямой горизонтальный эффект. То есть данное право не только выступает в качестве защитного средства от действий государственной власти, но и закладывает основные принципы организации социальной жизни*(254). В связи с этим нельзя исключать возможность действия комментируемой нормы в таких частно-правовых отношениях, как отношения между, к примеру, арендодателем жилья и арендатором.

Вопрос о том, что следует понимать под жилищем, рассматривался Конституционным Судом в Определении от 12.05.2005 N 166-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Котовой Светланы Евгеньевны на нарушение ее конституционных прав пунктом 10 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»*(255). По мнению заявительницы, отсутствие в перечне объектов недвижимости, признаваемых жилищем в п. 10 ст. 5 УПК РФ, расположенных на территории индивидуального домовладения нежилых помещений, конструктивно обособленных от жилого дома, но используемых для обеспечения жизнедеятельности проживающих в нем лиц, обусловило допустимость производства в таких помещениях ее домовладения обыска без судебного решения и повлекло нарушение ее прав, гарантированных ст. 25 и ч. 2 ст. 55 Конституции.

Конституционный Суд пришел к выводу, что в УПК определен судебный порядок получения разрешения на производство конкретных следственных действий в жилище — осмотра, обыска, выемки и др. (ст. 165) — и установлено, что к понятию «жилище» относятся индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и используемое для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но используемое для временного проживания (п. 10 ст. 5).

По смыслу названной нормы, условием отнесения нежилых помещений и строений, не входящих в жилой фонд, к жилищу является факт их использования для временного проживания. Сама по себе данная норма направлена на обеспечение реализации ст. 25 Конституции в сфере уголовно-процессуального законодательства, не исключает гарантии неприкосновенности в отношении хозяйственных построек, находящихся на территории индивидуального домовладения, а потому не может рассматриваться как нарушающая конституционные права заявительницы. Следует отметить, что УК в примечании к ст. 139 содержит практически аналогичное понятие жилища с той лишь разницей, что в УПК используется словосочетание «используемое для. проживания», а в УК — «предназначенное. для проживания». Жилищный кодекс понятия «жилище» не содержит, в нем есть понятия «жилое помещение» и «жилой фонд», которые не идентичны понятию «жилище».

Комментируемая статья находится в системной связи с положениями ч. 1 ст. 27 и ст. 40 Конституции. При определении места жительства гражданина предполагается, что гражданин находится всегда в определенном месте, имеет юридически зафиксированное жилище, которое является для него основным, куда он, после какого бы то ни было длительного отсутствия, намеревается вернуться и основать свое проживание. В Постановлении КС РФ от 14.04.2008 N 7-П*(256) отмечалось, что изменились и критерии (принципы) отнесения строений к жилищному фонду. Конституционно-правовое понятие «жилищный фонд» (ч. 3 ст. 40 Конституции) конкретизируется в ЖК и в подзаконных нормативных актах (ч. 3 ст. 15 и ст. 19 ЖК). В соответствии с Положением о государственном учете жилищного фонда в Российской Федерации, утвержденным постановлением Правительства РФ от 13.10.1997 N 130, государственному учету подлежат независимо от формы собственности жилые дома, специализированные дома (общежития, гостиницы-приюты, дома маневренного фонда, специальные дома для одиноких престарелых, дома-интернаты для инвалидов, ветеранов и др.), квартиры, служебные жилые помещения, иные жилые помещения в других строениях, пригодные для проживания.

В отличие от прежнего порядка государственного учета жилищного фонда, основанного на критерии функционального назначения строения, действующая в настоящее время система государственного учета жилищного фонда, исходя из нового гражданского и жилищного законодательства РФ, основывается на критерии фактической пригодности жилого строения для постоянного проживания и не исключает возможности включения жилых строений на садовых земельных участках, пригодных для проживания, в состав индивидуального жилищного фонда.

Понятие «жилище» содержится в сохраняющем действие постановлении Пленума ВС СССР от 05.09.1986 N 11 «О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности». В соответствии с ним «жилище — это помещение, предназначенное для постоянного или временного проживания людей (индивидуальный дом, квартира, комната в гостинице, дача, садовый домик и т.п.), а также те его составные части, которые используются для отдыха, хранения имущества либо удовлетворения иных потребностей человека (балконы, застекленные веранды, кладовые и т.п.).

Не могут признаваться жилищем помещения, не предназначенные и не приспособленные для постоянного или временного проживания (например, обособленные от жилых построек погреба, амбары, гаражи и другие хозяйственные помещения)».

В силу ст. 25 Конституции комплекс недвижимости, находящийся на земельном участке, принадлежащем собственнику, в который входят непосредственно жилой дом и отдельно стоящие нежилые помещения (сараи и гараж), как огороженная отдельно частная собственность, охраняется режимом неприкосновенности и называется единым понятием «жилище»; на нарушение его неприкосновенности против воли собственника необходимо решение суда. Такая аргументация имеет под собой юридические основания.

Исходя из смысла ч. 2 ст. 262 ГК («Земельные участки общего пользования. Доступ на земельный участок»), огороженный земельный участок со всеми находящимися на его территории постройками является неприкосновенным, так как вход на участок без разрешения собственника не допускается. Неприкосновенность жилища в смысле ст. 25 Конституции тем самым означает прежде всего «физическую» неприкосновенность, т.е. недопустимость физического проникновения без законных оснований в пределы территории, охватываемой понятием «жилище». Что же касается неприкосновенности собственности как конституционно-правового принципа (ст. 35) и принципа гражданского права (п. 1 ст. 1 ГК), то они прежде всего обеспечивают устойчивость, ненарушаемость правового титула собственника.

Европейский Суд по правам человека относит в своих решениях к жилищу помимо жилого дома адвокатскую контору, исходя при этом из того, что вести деятельность, которую можно отнести к профессиональной или деловой, можно с таким же успехом и со своего места жительства и, наоборот, можно заниматься делами, которые не относятся к профессиональной сфере, в офисе или коммерческих служебных помещениях. К жилищу Суд относит также помещения по месту работы, принадлежащие гражданам транспортные средства, цыганские фургоны по признаку проживания в них цыган, что связано с их традиционным образом жизни, а применительно к компаниям — также их торговые помещения, помещения штаб-квартир и местных представительств. Однако земельный участок, на котором планировалось построить дом для последующего проживания в нем, Европейским Судом к жилищу не отнесен.

Практика Европейского Суда по правам человека по вопросам определения критериев для отнесения различного рода помещений к жилищу граждан при ее оценке может, таким образом, характеризоваться как неоднозначная, однако так или иначе названный Суд связывает жилище граждан с использованием либо с намерением использовать такие помещения для личной жизни, для проживания. Такой вывод прямо следует из его постановления от 18.01.2001, в п. 99 которого говорится, что ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод не содержит формулировки права на обеспечение жилищем. Прецедентное право Европейского Суда тоже не признает такого права. Хотя, несомненно, желательно, чтобы каждый имел место, где он мог бы проживать с достоинством и которое он мог бы назвать домом. К сожалению, в Договаривающихся Государствах многие не имеют жилища. Вопрос о том, выделяет ли государство фонды для обеспечения каждого жильем, является политическим вопросом.

2. Проникновение в жилище, нарушающее конституционное право ст. 25, возможно и без физического проникновения. Как указывалось в жалобе И.Г. Черновой в Конституционный Суд, п. 6 ч. 1 ст. 6 Закона об ОРД, предусматривающий наблюдение как одно из оперативно-розыскных мероприятий, противоречит ст. 23-25 Конституции. По мнению заявительницы, при современном уровне развития техники наблюдение за тем, что происходит в жилище гражданина, вплоть до его интимной жизни, возможно и без проникновения в помещение; фактически такое наблюдение равнозначно проникновению в жилище, что является незаконным вторжением в частную жизнь и одновременно — нарушением права на неприкосновенность жилища. Суд не согласился с доводами заявительницы.

В Определении КС РФ от 14.07.1998 N 86-О отмечалось, что в ч. 1 ст. 6 лишь перечисляются виды оперативно-розыскных мероприятий, но не определяются порядок и условия их проведения. Осуществление оперативно-розыскных мероприятий, в том числе наблюдения, возможно лишь в целях выполнения задач, предусмотренных ст. 2 названного Закона, и при наличии оснований, указанных в его ст. 7. Следовательно, указанный Закон не допускает сбора, хранения, использования и распространения информации о частной жизни проверяемого лица, если это не связано с выявлением, предупреждением, пресечением и раскрытием преступлений, а также выявлением и установлением лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших, и другими законными задачами и основаниями оперативно-розыскной деятельности. При этом согласно абз. 4 ч. 7 ст. 5 органам (должностным лицам), осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, запрещается разглашать сведения, которые затрагивают неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя граждан и которые стали известными в процессе проведения оперативно-розыскных мероприятий, без согласия граждан, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами (в данном случае, если они относятся к преступному деянию).

Кроме того, оспариваемое положение ч. 1 ст. 6 следует рассматривать в единстве с предписанием ч. 2 ст. 8 о том, что проведение оперативно-розыскных мероприятий, которые ограничивают конституционное право граждан на неприкосновенность жилища, допускается на основании судебного решения и при наличии информации: о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, по которому производство предварительного следствия обязательно; о лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших противоправное деяние, по которому производство предварительного следствия обязательно; о событиях или действиях, создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности РФ. Как следует из ч. 2 ст. 8, при проведении любых оперативно-розыскных мероприятий, в том числе наблюдения, конституционное право гражданина на неприкосновенность жилища не может быть ограничено без судебного решения.

Проникновение в жилище помимо воли проживающих в нем лиц возможно только в случаях, установленных федеральным законом. Поскольку подзаконные акты принимаются на основании и во исполнение федеральных законов, они не могут устанавливать случаи подобного рода.

Конституция, провозглашая в комментируемой статье неприкосновенность жилища, вместе с тем допускает возможность ограничения права граждан на неприкосновенность жилища, но не иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения. Именно такой случай и предусмотрен ст. 75 Закона об исполнительном производстве, которая направлена на судебную защиту прав взыскателей в стадии исполнения судебного решения и не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявителя (Определение КС РФ от 21.12.2004 N 425-О, касающееся положений ст. 9.1 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» и п. 2 ст. 75 Закона об исполнительном производстве*(257)).

В целях выполнения возложенных на милицию обязанностей п. 18 ст. 11 Закона о милиции ее сотрудникам предоставляется право беспрепятственно входить в жилые и иные помещения граждан и осматривать их, но только в строго ограниченных случаях: при преследовании лиц, подозреваемых в совершении преступлений; при наличии достаточных данных полагать, что в помещении совершено или совершается преступление, произошел несчастный случай; для обеспечения личной безопасности граждан и общественной безопасности при стихийных бедствиях, катастрофах, авариях, эпидемиях, эпизоотиях и массовых беспорядках.

Таким образом, законодатель, в соответствии со ст. 25 Конституции устанавливая федеральным законом условия, при которых допускается проникновение работников милиции в жилище против воли проживающих в нем лиц, исходит из того, что подобные действия вызываются необходимостью принятия именно оперативных, не терпящих отлагательства мер по защите жизни, здоровья, достоинства, личной неприкосновенности (ст. 20-22 Конституции), иных прав и свобод граждан. Это согласуется с положениями ч. 3 ст. 55 Конституции и не нарушает справедливый баланс между правами граждан и правомерными интересами общества и государства, основанный на конституционно значимых целях и ценностях, защищаемых Конституцией (Определение КС РФ от 06.03.2001 N 61-О, касающееся п. 18 ст. 11 Закона о милиции)*(258).

Проникновение в жилище помимо воли проживающих там лиц допускается в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения. По буквальному смыслу нормы становится возможной выдача судебного решения на основе прямого действия комментируемой статьи в случаях, не установленных законом. Существует и иное представление о данной норме. И.Л. Петрухин считает, что на самом деле смысл этой нормы состоит в том, что закон должен предусматривать все случаи правомерного проникновения в жилище, но в некоторых из них требуется еще, чтобы было выдано судебное решение*(259). Полагаем, что с учетом признания «горизонтального эффекта» действие комментируемой нормы в отношениях между частными лицами, когда федеральный закон не в состоянии охватить все возможные ситуации, в условиях пробельности, конституционная гарантия в виде необходимости получения судебного решения в случаях, не установленных законом, не лишена смысла. Судебное решение представляет собой форму судебного контроля за законностью (правомерностью) проникновения в жилище помимо воли проживающих там лиц.

В упомянутом выше Определении от 14.07.1998 N 86-О «По делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» по жалобе гражданки И.Г. Черновой» Конституционный Суд обратил внимание на особый характер полномочий суда по осуществлению процедуры независимого одобрения оперативно-розыскных мероприятий, связанных с ограничениями конституционных прав граждан, указав при этом на то, что предусмотренные его ст. 9 правила судебного рассмотрения и соответствующая процессуальная мера (санкция судьи) связаны с решением задач уголовно-правового характера, хотя сама по себе данная процедура не является ни судебным разбирательством, ни даже подготовительными действиями к судебному заседанию. Открытости, гласности и состязательности сторон в этом процессе быть не может, ибо в противном случае негласные по своему характеру оперативно-розыскные мероприятия стали бы просто невозможны, а сама оперативно-розыскная деятельность утратила бы смысл. Именно поэтому судебное решение выдается органу — инициатору проведения оперативно-розыскных мероприятий и не выдается проверяемому лицу.

Вместе с тем поскольку в этой процедуре суд общей юрисдикции действует непосредственно в силу требований ч. 2 ст. 23 и ст. 25 Конституции и в рамках, определяемых ее ст. 46, 118 и 126, его решения, их содержание и форма должны отвечать общим требованиям, предъявляемым к любым процессуальным решениям, которые должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Часть 4 ст. 9 Закона об ОРД прямо предусматривает, что по результатам рассмотрения материалов об ограничении конституционных прав граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, на неприкосновенность жилища при проведении оперативно-розыскных мероприятий судья выносит мотивированное постановление, заверенное печатью, которое выдается инициатору проведения оперативно-розыскного мероприятия. Каких-либо предписаний, освобождающих суд от выполнения требования о мотивированности вынесенного решения, оспариваемая норма не содержит.

Конституционное право неприкосновенности жилища

Для удобства изучения материала статью разбиваем на темы:

Понятие права неприкосновенности жилища

Конституционное право на неприкосновенность жилища представляет собой право гражданина на государственную охрану его жилища от незаконных вторжений, обысков и других посягательств со стороны должностных лиц и отдельных граждан.

Право неприкосновенности жилища всегда занимало второе после неприкосновенности личности место в конституционных актах эпохи буржуазных революций конца XVIII—начала XIX веков. Нет, пожалуй, такой буржуазной конституции, которая обошла бы указанное право, но подобно другим демократическим правам и свободам оно нередко сопровождается оговорками, которые существенно снижают его значение.

Например, § 1 ст. 13 Основного закона ФРГ закрепляет это право в самой общей форме, а § 3 той же статьи дает возможность правящим кругам в случае необходимости при наличии «угрозы общественной безопасности и порядку» ликвидировать провозглашаемое конституционное право. В США неприкосновенность жилища закреплена в поправке IV к Конституции. Специфическая особенность этого права в США в том, что оно нередко связывается с понятием права на прайвеси.

В буквальном смысле английское «прайвеси» (privacy) означает уединение, уединенность, тайну. Этот термин впервые использован в 1890 г. в статье, написанной членами Верховного суда С. Уорреном и Л. Брэндисом, и с тех пор неоднократно становился объектом рассмотрения в американской юридической литературе и в судебной практике. Право на прайвеси часто отождествляется с правом на уединение (the right to be let alone). «Прайвеси,— писал Л. Брэндис,— есть законное требование индивидуума определять меру, по которой он желает участвовать в контроле над временем, местом и обстоятельствами общения с другими лицами. Это также право индивидуума контролировать информацию о самом себе как собственное владение». В действительности данное право систематически нарушается полицейскими и судебными органами.

«Основанное на IV поправке правило иметь ордер для проведения обыска помещения при всей его кажущейся категоричности не служит достаточной гарантией законности действий полиции». Процедура выдачи ордеров такова, что сотрудник полиции без особых трудностей может получить разрешение на обыск: для этого ему достаточно дать судье присягу, что он получил сведения о преступлении от надежного осведомителя (имя осведомителя называть не требуется), В ряде случаев обыски могут быть произведены без ордера, что зачастую и делается во многих буржуазных странах.

В советской юридической литературе нет специальных исследований, посвященных содержанию и гарантиям права неприкосновенности жилища. Некоторые аспекты этого вопроса раскрыты в учебниках и курсах по государственному праву, уголовному процессу, в работах Л. Д. Воеводина, И. Е. Фарбера, А. П. Горшенева, Э. А. Вологиной.

Не следует смешивать термины «жилище» и «жилплощадь». Жилище в конституционном смысле не только полезная жилплощадь (т. е. комната, квартира, жилой дом, принадлежащий гражданину), но и все вспомогательные подсобные помещения, дача — словом, комплекс определенных помещений, расположенных на определенной территории, граница которой отделяет сферу известной обособленности личной жизни гражданина. Поэтому жилище — это не только квартира или частный дом, но и комната в гостинице, доме отдыха, санатории и даже туристская палатка.

Было бы неправильным усматривать в содержании права неприкосновенности жилища только свободу от произвольных посягательств со стороны должностных лиц, свободу от незаконных обысков. Сущность его в том, что «никто не может проникнуть в жилище, занимаемое данным лицом, без согласия этого лица, а агенты государственной власти могут обходиться без такого согласия лишь в случаях, предусмотренных законом, и в условиях и формах, законом определенных».

В капиталистических странах подслушивающие аппараты, магнитофоны, скрытые камеры и иные ультрасовременные методы проникновения в частную жизнь олицетворяют тоталитарную природу буржуазного общества и империалистического государства.

В социалистическом обществе право неприкосновенности жилища выражает свободу личности от противозаконного невидимого проникновения в сферу ее индивидуальной жизни. Советское государственное право, коммунистическая нравственность несовместимы с неправомерным использованием техники «на службе замочной скважины», с методами подсматривания и подслушивания, с целями установления противозаконного контроля над личной жизнью людей.

Но данное право нельзя рассматривать в качестве глухой непроницаемой стены между сферой личной жизни и обществом. Современное жилище имеет двойственный характер. С одной стороны, оно является традиционным домашним очагом, местом, закрытым от нескромных взоров, каких бы то ни было вторжений.

С другой — оно составная часть современной индустрии быта, связанная с окружающим миром многочисленными нитями: электричеством, водоснабжением, газификацией и т. д. Специальные нормативные акты устанавливают право и обязанность осмотра жилых помещений санитарными, страховыми инспекциями, органами пожарного надзора, сотрудниками коммунальных служб, управляющими домами и т. д. Неприкосновенность жилища не должна препятствовать проникновению в сферу быта лучших достижений науки и техники.

Содержание и юридическая природа права неприкосновенности жилища

Право неприкосновенности жилища — комплексный правовой институт, состоящий из конституционных, уголовно-процессуальных, уголовно-правовых, гражданско-правовых, гражданско-процессуальных и административно-правовых норм. Указанные нормы закреплены в различных юридических актах: от Конституции СССР до решений исполкомов местных Советов. Однако определяющее место среди них принадлежит нормам, закрепленным в ст. 128 Конституции СССР и в ст. 35 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик.

Конституционная формула ст. 128 свидетельствует о том, что законодатель обратил особое внимание на реальное осуществление права неприкосновенности жилища. В этом отношении стиль ст. 128 аналогичен другим статьям гл. X Конституции СССР: «Неприкосновенность жилища и тайна переписки охраняются законом». Акцент сделан на охране прав, т. е. на гарантиях, причем правовых, ибо речь идет об охране законом. И это не случайно, поскольку юридические гарантии играют первостепенную роль в охране права неприкосновенности жилища, также как и других личных прав.

Мы уже говорили, сколь важное значение для определения сущности права неприкосновенности жилища имеют ч. 1,2, 4 ст. 35 Основ уголовного судопроизводства. В сущности, они логически примыкают к ст. 128 Конституции СССР. Ч. 1 ст. 35 Основ — подобие ч. 2 ст. 127 Конституции применительно к праву неприкосновенности жилища: «Обыск может производиться по постановлению органа дознания или следователя только с санкции прокурора».

Здесь сформулирована главная уголовно-процессуальная гарантия от незаконных и необоснованных обысков, поскольку в данной норме предусмотрены два юридических основания обыска: постановление органа дознания или следователя и постановление прокурора. Но дело не только в этом. Сам характер формулы («. только с санкции прокурора») свидетельствует о том, что законодатель рассматривает обыски как нечто исключительное, требующее особой юридической процедуры.

Правда, здесь нет формулировки, подобной ч. 2 ст. 127 Конституции СССР: «Никто не может быть подвергнут обыску иначе как. », но эта мысль непосредственно вытекает из содержания ч. 1 ст. 35 Основ.

Норма, закрепленная в ч. 2 ст. 35 Основ, гласит: «В случаях, не терпящих отлагательства, обыск может быть произведен органом дознания или следователем без санкции прокурора, но с последующим сообщением прокурору в суточный срок о произведенном обыске».

По содержанию данная норма примыкает к первой, но вместе с тем она имеет свои особенности. Возможность проведения обысков без предварительной санкции прокурора обусловливается здесь «случаями, не терпящими отлагательства». Ст. 177 УПК РСФСР 1923 г. включала эту формулировку в качестве обоснования для проведения ночных обысков и выемок, проводимых как исключение.

К случаям, не терпящим отлагательства, по мнению Г. И. Александрова, «относятся такие случаи, когда преступник задержан с поличным и имеются опасения, что разыскиваемые предметы, документы, ценности могут быть уничтожены или укрыты в другом месте, а также иные случаи, в которых промедление с обысками может повлечь утрату доказательств или имущества, подлежащего описи в обеспечение гражданского иска или конфискации».

Третья норма, содержащаяся в ч. 4 ст. 35 Основ («Обыск и выемка производятся в присутствии понятых»), также имеет немаловажное значение, но в отличие от первых двух она выступает не как гарантия от незаконных обысков, а как средство охраны прав граждан в период проведения обысков.

При определении содержания права неприкосновенности жилища мы исходим из общей структуры субъективного права, выделяя правомочия: право-поведение, право-требование и право-притязание.

Первое из правомочий (право-поведение) заключается в праве гражданина на беспрепятственное пользование возможностями уединения и благами личной (частной) жизни. Указанные возможности и блага — существенный аспект индивидуальной свободы советского гражданина.

Второе правомочие (право-требование) выражается в праве гражданина требовать от государственных органов, должностных лиц и государственных служащих, отдельных лиц недопущения незаконных вторжений в его жилище путем неправомерных обысков, выемок, вселений и т. д., а также в форме невидимого проникновения с помощью технических средств (подслушивание, подсматривание и т. д.).

Здесь можно выделить два аспекта: свободу от незаконных действий государственных органов, должностных лиц и государственных служащих и свободу от незаконных вторжений со стороны отдельных лиц, что зависит от субъекта нарушения права. Возможно рассмотрение гарантий от посягательств на неприкосновенность жилища, связанных с нарушением уголовно-процессуального законодательства (незаконные обыски, выемки) или гражданского законодательства (незаконные выселения, уплотнения и т. д.).

Наконец, третье правомочие конституционного права неприкосновенности жилища (право-притязание) — это право обжаловать незаконные обыски, выемки; право на судебный иск или на жалобу прокурору по поводу действий, связанных с незаконными вторжениями в жилище гражданина.

Представляется недостаточно обоснованным предложение А. П. Горшенева расширить содержание права неприкосновенности жилища путем включения в него права на жилище в качестве одного из правомочий.

Между тем право на жилище в СССР — имущественное право, вытекающее из договора жилищного найма, членства в жилищном кооперативе либо из права личной собственности. Право на жилплощадь имеет двойственную природу, являясь и обязательственным, и вещным. Что же касается права неприкосновенности жилища, то это — неимущественное субъективное право, установленное конституционными нормами.

Ст. 128 Конституции СССР имеет своей целью защитить блага личной жизни, возможности уединения, в то время как нормы жилищного права гарантируют обладание жилищем как вещью, предметом, определяющим условия существования человека. Таким образом, речь идет о разных аспектах понятия «жилище». Когда в государственном праве употребляют термин «неприкосновенность жилища», то имеют в виду жилище как границу сферы частной жизни граждан, которая за исключением строго установленных законом случаев не может быть нарушена.

Гарантии права неприкосновенности жилища

Материальные гарантии данного права заключаются не только в реальном обладании неприкосновенным жилищем, но и в предоставлении гражданину таких жилищных условий, при которых наилучшим образом обеспечиваются возможности уединения, его личной жизни (например, отдельная квартира для семьи; достаточная звукоизоляция, исключающая такое положение, при котором слово, сказанное в комнате, слышно за стеной).

Как отмечалось на XXV съезде КПСС, за годы девятой пятилетки было построено свыше 11 миллионов квартир и индивидуальных домов общей площадью 544 миллиона квадратных метров, что позволило улучшить жилищные условия 56 миллионам советских граждан и перейти в основном к распределению нового жилья по принципу: квартиру — одной семье.

В десятой пятилетке намечается ввести в действие 545550 миллионов квадратных метров общей площади жилых домов, повысить качество жилищного строительства. Эти меры имеют немаловажное значение для обеспечения права неприкосновенности жилища.

Идеологические гарантии состоят в правовом и нравственном воспитании граждан в духе уважения к домашнему очагу, семейным традициям, высоком уровне правовой культуры государственных служащих и должностных лиц, чья служебная деятельность связана с проведением обысков, выемок.

Правовые гарантии неприкосновенности жилища можно классифицировать на две группы: гарантии от незаконных вторжений в помещение и гарантии в условиях законного ограничения этого права (обыск, выемка). К государственно-правовым гарантиям относятся условия осуществления и средства защиты неприкосновенности жилища, которые закреплены в конституционных нормах.

Как мы уже отмечали выше, ст. 128 Конституции СССР не закрепляет специальных гарантий этого права, но такие гарантии существуют в ряде конституций зарубежных социалистических государств. Так, в ст. 49 Конституции НРБ 1971 г. записано: «Без согласия обитателя никто не может войти в его жилище или помещение, производить там обыск, кроме как в случаях и при условиях, предусмотренных законом».

Государственно-правовые гарантии тесно связаны с деятельностью органов государственной власти. Местные Советы, их исполкомы осуществляют контроль за исполнением жилищного законодательства. Осуществляя руководство коммунальными и другими службами, представители которых в определенных нормами права случаях могут входить в жилища граждан, местные Советы содействуют реализации этого права путем нормотворческой, а чаще правоприменительной деятельности. Следует заметить, что нарушения права неприкосновенности жилища, как правило, объясняются недостаточной юридической осведомленностью некоторых местных работников.

Уголовно-процессуальные гарантии находят выражение в следующих положениях уголовно-процессуального права:

а) законность обысков и выемок. Это наиболее важная уголовно-процессуальная гарантия, закрепленная в ч. 1, 2, 4 ст. 35 Основ уголовного судопроизводства, предусматривающая обязательное вынесение постановления следователем и прокурорский надзор. Как указано в ст. 12 УПК РСФСР, обыск у граждан может производиться только на основаниях и в порядке, установленных законом;
б) обоснованность обысков и выемок, выражающаяся в наличии достаточных оснований, о чем должно быть указано в мотивированном постановлении следователя (ст. 167, 168 УПК РСФСР);
в) обязательное присутствие при выемках и обысках указанных в законе лиц: понятых (ч. 4 ст. 35 Основ уголовного судопроизводства, ч. 1 ст. 169 УПК РСФСР); лиц, у которых производится обыск или выемка, либо совершеннолетних членов его семьи. В случае невозможности их присутствия приглашаются представители домоуправления, исполкома сельского или поселкового Совета (ч. 2 ст. 169 УПК РСФСР). Это способствует установлению и закреплению выявленных в ходе обыска, выемки доказательств преступления и иных данных, имеющих значение для дела, а также всестороннему обеспечению прав лица, в жилище которого производится обыск или выемка;
г) недопустимость производства выемок и обысков в ночное время, кроме случаев, не терпящих отлагательства (ч. 1 ст. 170 УПК РСФСР);
д) противозаконность не вызываемых необходимостью повреждений запоров, дверей и других предметов лицами, производящими обыск или выемку (ч. 4 ст. 170 УПК РСФСР), или изъятие предметов и документов, не имеющих отношения к делу (ст. 171 УПК РСФСР). Данные правила представляют собой уголовно-процессуальные гарантии права неприкосновенности жилища в условиях выемки или обыска;
е) недопустимость оглашения выявленных при обыске и выемке обстоятельств интимной жизни граждан (ч. 5 ст. 170 УПК РСФСР). Указанная норма имеет целью гарантировать блага частной жизни людей, возможности их уединения, т. е. то, что составляет самое существенное, сердцевину права неприкосновенности жилища;
ж) обязательность составления протокола о производстве выемки и обыска (ст. 176 УПК РСФСР) и вручения копии лицу, у которого они были произведены (ст. 177 УПК РСФСР). Таким образом, владельцу жилплощади предоставляется доказательство факта произведенного обыска или выемки и, следовательно, гарантируется реальная возможность обжалования незаконных или необоснованных действий должностных лиц.

К уголовно-правовым гарантиям конституционного права неприкосновенности жилища следует отнести нормы уголовного права, предусматривающие ответственность за его нарушение. Ст. 136 УК РСФСР предусматривает ответственность за «незаконный обыск, незаконное выселение или иные незаконные действия, нарушающие неприкосновенность жилища граждан». В соответствующих статьях УК Белорусской, Армянской, Молдавской, Таджикской и Туркменской ССР — аналогичная диспозиция. Под «иными незаконными действиями» следует понимать «незаконное вселение кого либо на площадь потерпевшего и всякое иное незаконное вторжение в жилище каких-либо лиц помимо воли хозяина».

В РСФСР санкция за указанное преступление — лишение свободы на срок до одного года, или исправительные работы на тот же срок, или штраф до 50 руб., или увольнение от должности. Аналогичные санкции предусмотрены УК Узбекской, Молдавской, Литовской, Латвийской и Таджикской ССР.

Право неприкосновенности жилища обеспечивается и гражданско-правовыми гарантиями. Как мы уже отмечали, право на жилье, не будучи элементом конституционного права неприкосновенности жилища, вместе с тем реально его обеспечивает. Обладание гражданским правом на жилплощадь создает возможности для обладания жилищем как таковым. Если нет жилища, то отпадает вопрос и о его неприкосновенности. В связи с этим юридические гарантии устойчивости, стабильности права на жилплощадь укрепляют и надежность права на неприкосновенность жилища.

К числу указанных гарантий Ю. А. Мехтиев относит право нанимателя на возобновление договора жилищного найма, заключенного на определенный срок; обеспечение законом неизменности условий договора найма о предмете, т. е. недопустимость изъятия излишков жилплощади кроме предусмотренных в законе случаев; сохранение права на жилплощадь при временном выезде; недопущение произвольного расторжения договора найма с наймодателем.

К гражданско-правовым гарантиям права неприкосновенности жилища также относится закрепленное в нормах гражданского права положение о принципиальной недопустимости выселения граждан из занимаемых ими жилых помещений, за исключением особых случаев, указанных в законе. Этот принцип непосредственно закреплен в ст. 6163 Основ гражданского законодательства и относится, на наш взгляд, не только к праву на жилплощадь, но и к праву на неприкосновенность жилища в СССР.

По советскому праву лишение права на жилплощадь возможно: а) после определенной юридической процедуры (судебное решение или постановление прокурора); б) при наличии оснований, предусмотренных законом. Указанные важнейшие юридические гарантии права на жилплощадь направлены не только на защиту самого жилища, но имеют значение и для охраны от произвольного вторжения в него и поэтому являются гарантиями права неприкосновенности жилища.

Выселение в большинстве случаев сочетается с предоставлением нанимателю другой жилплощади. Данное обстоятельство имеет немалое значение для неприкосновенности жилища. Если правомерно выселяемому лицу сразу же предоставляется другая жилплощадь, то право неприкосновенности жилища практически осуществляется непрерывно. Изменяются только гражданско-правовые отношения, вытекающие из договора жилищного найма, а государственно-правовые отношения по поводу неприкосновенности жилища фактически остаются неизменными. Социальные блага, которые гарантирует ст. 128 Конституции СССР, продолжают обеспечиваться.

Рассмотрим теперь гражданско-процессуальные гарантии. При исполнении решения суда по гражданскому делу в некоторых случаях правомерно ограничивается неприкосновенность жилища должника. Например, при осмотре его жилья судебный исполнитель правомочен осматривать хранилища, т. е. сундуки, комоды, шкафы. В случае отказа должника допустить судебного исполнителя в занимаемое им помещение последний, пригласив представителя полиции или местного Совета, вправе вскрыть помещение или хранилище (ст. 353 ГПК РСФСР и п. 43 Инструкции о порядке исполнения судебных решений, утвержденной постановлением Президиума Верховного Суда РСФСР).

Поскольку гражданское судопроизводство способствует укреплению социалистической законности, оно не может быть безразличным к осуществлению права неприкосновенности жилища граждан.

а) недопустимость производства личного обыска должника и посягательств в какой-либо форме на его личную свободу и достоинство со стороны судебного исполнителя. Данное правило закреплено в п. 43 Инструкции о порядке исполнения судебных решений, утвержденной постановлением Президиума Верховного Суда РСФСР. Было бы желательно придать этой норме юридическую силу закона, включив ее в ГПК;
б) недопустимость ночных вторжений судебного исполнителя в дом должника. Исполнение решения допускается лишь с 6 до 22 часов по местному времени (ст. 351 ГПК РСФСР);
в) ограничение права осмотра помещений должника и его хранилищ судебным исполнителем лишь случаями необходимости производства взыскания (ст. 359 ГПК РСФСР);
г) обязательное присутствие при описи имущества должника и понятых (ст. 371 ГПК РСФСР), а также закрепленная законом процедура составления акта об аресте имущества и вручение копии акта должнику (ст. 372 ГПК РСФСР). Указанные обстоятельства обеспечивают, в частности, реальность права жалобы на неправильные действия должностных лиц;
д) недопустимость обращения взыскания на жилой дом у лиц, основным занятием которых является сельское хозяйство, кроме особых случаев (п. 1 Приложения № 1 к ГПК РСФСР). Этим, прежде всего, обеспечивается право личной собственности на жилой дом, а также в определенной степени и право неприкосновенности жилища.

К административно-правовым гарантиям относятся нормы, регламентирующие административное (с санкции прокурора) выселение лиц, самоуправно занявших жилое помещение (ст. 63 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик, ст. 338 ГК РСФСР и др.). Советское право в принципе исключает административное выселение граждан, но ряд обстоятельств, в частности необходимость эффективной защиты неприкосновенности жилища от правонарушителей, обусловливает установление исключения.

Очевидно, такое правонарушение имеет место, если самоуправное вселение сопряжено со вторжением в жилье, которое находится в фактическом владении и пользовании какого-либо лица. Если же подобное вторжение происходит в жилье, на которое кто-либо имеет право, но фактически не проживает в нем, то, на наш взгляд, имеет место нарушение гражданского права на жилплощадь (или права личной собственности на жилой дом), но не посягательство на право неприкосновенности жилища. Нарушения права на неприкосновенность жилища путем самоуправного вселения в квартиру, которая кем-то занята, редки. Как правило, объектом самоуправного вселения бывает пустующая жилплощадь.

В этом аспекте следует остановиться на юридических гарантиях от незаконного и необоснованного административного выселения (ст. 337341 ГК РСФСР). Строго определенные основания, обязательная санкция прокурора — таковы существенные юридические средства защиты не только права на жилплощадь, но и права неприкосновенности жилища. В данном случае гарантии того и другого прав совпадают.

Наконец, немаловажное значение имеют юридические нормы, предусматривающие административно-правовые гарантии неприкосновенности жилища при вхождении в жилье работников полиции, представителей домоуправления, противопожарных, санитарных и других административных служб. Эти гарантии состоят в том, что указанные лица могут входить в жилище без согласия хозяев лишь в предусмотренных нормами права случаях, в определенное время и с соблюдением установленной процедуры. Например, руководствуясь правилами технической эксплуатации жилых зданий, утвержденными Министерством коммунального хозяйства РСФСР 7 августа 1954 г., начальник домоуправления обязан подробно осматривать все здания и сооружения, находящиеся на балансе домоуправления, не реже одного раза в месяц.

Вопрос о посещениях работников газовой службы регулируется актами местных Советов. Так, решением исполкома Волгоградского горсовета «О мерах по предупреждению аварийных и несчастных случаев при эксплуатации и строительстве городского газового хозяйства» предусмотрено, что слесари треста Волгоград-гор-газ вправе посещать квартиры абонентов с 9 до 21 часа по удостоверениям установленного образца для профилактического обслуживания домовых установок.

Бригада аварийной службы, выезжающая по вызову абонента, имеет право являться к абонентам в любое время суток.

Весьма широкими правами обладают органы пожарного надзора. В соответствии с Наставлением по организации работы органов государственного пожарного надзора, утвержденным приказом МВД СССР № 275 они вправе производить пожарно-техническое обследование жилых домов с вручением отдельным гражданам обязательных для выполнения письменных предписаний (предложений) по устранению выявленных недочетов (п. 2) . Об условиях и времени проведения таких обследований в Наставлении не сказано.

Еще более широкие права предоставлены представителям санитарно-эпидемиологической службы, которые вправе беспрепятственно посещать объекты надзора в любое время суток и давать указания об устранении санитарных нарушений, требовать обязательной дезинфекции предметов и жилья, где был больной.

Что же касается органов полиции, то ее правомочия в этой области более узки. Положение о советской полиции и Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об основных правах и обязанностях советской полиции по охране общественного порядка и борьбе с преступностью».

Предусматривают три основания для вхождения полиции в жилые помещения:

1) при преследовании лиц, подозреваемых в совершении преступлений;
2) при пресечении преступлений или нарушений, угрожающих общественному порядку или личной безопасности граждан;
3) для проверки соблюдения паспортных правил при наличии достоверных данных об их нарушении, как правило, в дневное время.

Состав преступления
Административная ответственность
Уголовная ответственность
Судебная власть
Мировое соглашение

Назад | | Вверх

More from my site

  • Москва вакансии юрист уголовное право Работа юрист (уголовное право) в Московской области, вакансия юрист (уголовное право) в Подмосковье Тысячи соискателей уже нашли работу с помощью Job in Moscow. Начните создавать свою карьеру с бесплатного размещения […]
  • Мировое соглашение в гпп Мировое соглашение в гражданском процессе При рассмотрении дела суд всегда разъясняет сторонам право заключить мировое соглашение в гражданском процессе. Гражданское дело тогда оканчивается (прекращается). Поэтому многие […]
  • Дам деньги в долг срочно под расписку красноярск Взять деньги в долг в Красноярске Кредит под залог квартиры в Москве. Рассматриваем квартиры, доли, таунхаусы. Москва и ближайшее Подмосковье. От 1, 5 до 5% в месяц, сроком до 20лет. Суммы от 50 тыс до 20 млн. Без предоплат и […]
  • Стоимость госпошлины за алименты Стоимость госпошлины за алименты Автострахование Жилищные споры Земельные споры Административное право Участие в долевом строительстве Семейные споры Гражданское право, ГК РФ Защита прав потребителей […]
  • Образец заявления 561 коап Образец заявления 561 коап Автострахование Жилищные споры Земельные споры Административное право Участие в долевом строительстве Семейные споры Гражданское право, ГК РФ Защита прав потребителей […]